Роберт Фреза - Вихрь с окраин Империи. Страница 74

Маленький сапер почесал подбородок.

– Должно быть, эта дверь весит целую тонну. С отключенным электричеством ее не открыть ни снаружи, ни изнутри.

– Ладно, – кивнул Мигер. – Дэ-Ка, ты и мама Лена оставьте мне Мииналайнена и Кетлинского. Возьмите остальных, чтобы помочь Каарло наблюдать за дверью и расчистить нам путь на крышу. Не хочу опоздать к отлету.

Де Канцов и Еленов забрали с собой большую часть бойцов Мигера.

– Есть какие-нибудь идеи? – осведомился Дэнни, роясь в переполненном рюкзаке.

– Сначала проделать в двери дыру 30-миллиметровым снарядом, затем пустить в нее 88-миллиметровый, чтобы припугнуть тех, кто там прячется, а потом бросить газовые гранаты, – без колебаний ответил Кетлинский.

– Все хорошо, но если у них есть противогазы, гранаты не подействуют, – заметил Мигер.

– Вместе с гранатами нужно бросить дымовые шашки, – вмещался Мииналайнен. – Там нет циркуляции воздуха, и они поглотят весь кислород.

– Ты гений! – Мигер хлопнул его по спине. – Так мы и сделаем.

Через пять минут они уже поднимались на крышу, где их поджидали в украденном вертолете Коковцев и Томас. По дороге Мииналайнен бросил свое противопехотное орудие, чтобы нести тело Дирки Руссо.

Пункт противовоздушной обороны Хатёдзи, пригород Токио

Вцепившись рукой в плечо Исаака, Ян Сниман спросил:

– Какие будут предложения?

Бойцы Снимана проникли в командный бункер пункта, взорвали лифты, чтобы изолировать находившийся внизу персонал, и отразили атаку небольшого отряда полиции. Пуленепробиваемый жилет Яна защитил его от автоматной очереди полицейского, но в результате он заработал перелом ключицы.

Командующий пунктом выпустил пару снарядов, образовавших две большие ямы в земле.

– Майор Коломейцев высылает за нами транспорт, но как только мы уберемся, полиция обезвредит взрывчатку, и кроты смогут палить в нас из своих нор, – возбужденно произнес Ваньяу. – Кажется, у нас проблемы!

– Лю водит бронемашину, а Никоскелайнен – сапер, поэтому мы отправим их вместе с ранеными. Остальные засядут здесь и будут удерживать пункт, сколько смогут, – задумчиво произнес Сниман. – Полагаю, назад нам уже не вернуться. Боже, помоги Лю, когда ему придется объяснять это моей жене.

Ваньяу улыбнулся, на черном лице блеснули ослепительно белые зубы.

– Сказать по правде, Ян, мне твоя планета не слишком нравится. Население держится недружелюбно, а в Нигерии у меня до сих пор еще есть родственники. Пожалуй, я возьму отпуск и съезжу их повидать.

– Через час можешь считать себя в отпуске. – Сниман покачал головой. – Интересно, где сейчас Орлов? – Кирилл был первым наставником Снимана на военной службе.

– Кирилл? – переспросил Ваньяу. – Он совсем рядом, в Татикаве, и жалуется всем, что был идиотом, напросившись в эту экспедицию.

– Может, он и прав. – Сниман сделал паузу. – Я никогда не спрашивал тебя, почему ты вызвался лететь на Землю, Исаак.

– Ты забыл об Ашкрофте. Мы помним, во что превратили эту планету корпорации. Все те, кого Варяг там завербовал, вызвались участвовать. Слушай, что ты сделал со своей маской?

Сниман откинул с лица щиток и осмотрел его.

– По-моему, с ней все в порядке.

Ваньяу хлопнул прямо у него под носом гранату с усыпляющим газом.

– Забыл сказать тебе, Ян: ты тоже один из раненых! Кроме того, я не могу допустить, чтобы бедняга Лю что-то объяснял твоей жене.

Когда прибыл вертолет, присланный Полярником, Ваньяу отправил на нем в Татикаву четверых раненых и один труп, оставив при себе семь человек.

Район Сибуя, Токио

– Здесь маловато посадочных площадок, – сказал Малинин, когда корвет «Лайтуэлл Гомани» летел к центру города. – Надо бы помочь им соорудить парочку.

– Когда я отпускаю замечания вроде этого, – усмехнулся Санмартин, – Ханс говорит, что я слишком много времени потратил на жуков и слизняков.

– Он прав.

Санмартин одним ухом слушал сообщения Янковски.

– Цели приближаются. – В районе Сибуя Малинин выпустил полдюжины пятисоткилограммовых снарядов по имперскому управлению цензуры и еще пару в окна офисов «Денцу-Хакухадо».

Санмартин сбросил скорость и повернул на севе-ро-восток.

– Фармацевтическая компания «О-Тан»? – спросил Малинин.

– Она в нашем списке. У председателя совета директоров наверняка самое большое окно.

Малинин сбросил пятисоткилограммовую бомбу в окно председателя. Полицейские открыли огонь из сада Мейдзи, но достать «Воробья» не могли. Малинин усмирил самых упорных лазером.

– Имперские самолеты собираются нас перехватить. Корветы все еще не поняли, что к чему. Сбрось что-нибудь на офисы патриотических организаций и будь готов выпустить пар.

Малинин усмехнулся, собираясь сбросить «цыплячий корм» во рвы вокруг императорского дворца. Лишившийся волос, с кожей как у мумии, обтягивающей лицо, он выглядел ужасно. Операция «Гомани» заключалась в поражении достаточно большого количества целей, чтобы привлечь к ним внимание и дать возможность Полярнику забрать штурмовые группы. Юрий Малинин наслаждался каждой минутой операции.

Земная орбита

– Сэр, – сообщил Янковски на борту «Хендрика Пинаара», – имперские корветы сбавили высоту и направляются к югу в обход нас.

Не обращая внимания на угрозы, корветы над Сибирью двинулись к центру Токио, чтобы перехватить Санмартина и Малинина.

– Оставь их, – распорядился Верещагин. – А нам обеспечь такую позицию, чтобы мы могли прикрыть отход Петра.

Отель «Нью-Икасаки Принс», Токио

– Коковцев подобрал людей Мигера, – доложил Жеребцов Кольдеве, – а копы ломятся в дверь внизу.

Кольдеве уже отправил своих бойцов.

– Расставаться всегда тяжело, – сказал он репортерам, – но я вынужден с вами проститься. Советую вам остаться здесь еще на десять минут и посматривать в сторону здания «ЮСС». На корвете «Лайтуэлл Гомани» остался еще один 210-миллиметровый снаряд, и это зрелище может вас заинтересовать. Только ложитесь и натяните на головы брезент.

– Вы уходите? – устало осведомился репортер «Асахи». /

– Да, и в случае удачи уже не вернусь. Помните, «Будда прощает злых, если они обращают к нему свои взоры».

Жеребцов уже завел мотор маленького «Воробья». Помахав на прощание журналистам, Кольдеве прыгнул в самолет и сказал Жеребцову:

– Домой, Джеймс.

Авиабаза Татикава, пригород Токио

Коковцев посадил краденый вертолет рядом с вертолетом Полярника, и группа Мигера стала пересаживаться на челнок. Через несколько минут приземлился «Воробей» с Жеребцовым и Кольдеве; Коломейцев встретил их у дверей челнока.

– Я уже начал посадку своих людей, – сказал он, – и отправил один из ваших «воробышков» за ребятами Ваньяу. Кого еще не хватает?

– Мидзо остается, а Тихару все еще не вернулся.

– Не думаю, что он намерен возвращаться, – заметил Коломейцев. – Однако неустрашимый дуэт Хярконнен – Редзап по-прежнему отсутствует.

– Черт! – выругался Кольдеве. – Они уже должны быть здесь. – Он попытался связаться с ними по радио. – Ничего не получается!

Внезапно небо осветила яркая вспышка.

– Должно быть, это Рауль. Пора разворачивать челнок и убираться отсюда, – твердо заявил Полярник. Два его «кадиллака» уже завершили последнюю операцию, и их экипажи пересаживались в челнок. Через несколько секунд за ними последовали оставшиеся стрелки Коломейцева. Бронемашины, самолеты и вертолеты оставили начиненными взрывчаткой.

Когда заработали двигатели челнока, появился «Воробей» Редзапа. Не желая рисковать, он посадил его прямо на скат челнока. Маленький самолет быстро закрепили, люки закрылись, челнок взлетел.

Глядя на постепенно отдаляющуюся поверхность Земли, Коломейцев сказал Кольдеве:

– Надо спросить у Тимо, почему он то и дело упрекает Вулко: «Ты же сказал, что сделаешь еще только один звонок».

Центральный Токио

– У нас осталось две минуты до прибытия истребителей-перехватчиков и около девяти до появления корветов, – предупредил Малинина Санмартин.

Малинин бросил взгляд на свои приборы.

– Скажи это им. Перехватчики пускают ракеты издалека. – Он бросил на колени Санмартину маленькую плоскую бутылку.

– Что это?

– Поддельный арак для третьего тоста. Настоящий прожег бы бутылку.

– Вам отлично известно, батальонный сержант, что пить на борту строжайше запрещено, – рассмеялся Санмартин. – Лучше угости еще раз призраков внизу.

– В министерстве безопасности?

– Да.

Малинин выпустил последний 210-миллиметровый снаряд в разрушенное здание для пущей уверенности, что внутри никого не осталось. Санмартин направил корвет вверх над императорским дворцом, и скрытые за горизонтом батареи на севере и востоке тут же выпустили вслед кораблю полдюжины ракет.

Повернув «Гомани» под самым острым углом, какой позволяла его конструкция, автопилот направил нос корабля в сторону Земли.