Эпсилион. Буфер обмена (СИ) - Линк Рэй. Страница 97

– А как же наблюдение спецслужб, под которым нам придётся жить дальше? Думаешь, они не захотят воспользоваться нашими возможностями в Эпсилионе?

– Они обязательно захотят, – сквозь зубы процедил Немов. – Но, ты не переживай, я постараюсь что-нибудь придумать. И с китайцами разберусь, сдаётся мне, они сильно обиделись за вирус Жукова. Главное – верь мне.

И я поверила, как верила раньше, как буду верить всегда.

– А Ден нас поженил, – сама не зная зачем, выпалила я, заполняя вновь повисшую между нами паузу.

– М-да, я в курсе, – неопределённо протянул Дима. – Несколько неожиданное решение с его стороны. Ты не находишь?

Точно болванчик на приборной доске автомобиля, я закивала головой, стараясь не выдать своего разочарования реакцией Димы. Он недоволен таким решением цифрового клона, я этого ожидала, но всё равно на душе стало неприятно.

– Ден пообещал, что ты без проблем удалишь записи о браке из регистра, – вспомнила я слова клона. Не хватало только, чтобы Дима подумал, будто я напрашиваюсь в его законные жены.

– Раз Ден обещал, так пусть Ден и удаляет, – скривил губы Дима. – Легче развод оформить, чем стирать запись из всех официальных документов. Только разводиться нам придётся через суд, по закону половина моей компании и денег на счетах теперь принадлежат тебе, Ника.

– Мне не нужны твои деньги! – поспешила заверить я Немова, отходя от парня на несколько шагов. – И компания твоя не нужна!

– Отлично, – хмыкнул Дима, внимательно следя за моей реакцией. – Тебе не нужны ни деньги, ни компания. Счастье моё, это недальновидная стратегия, учитывая твои планы на жизнь.

Я застыла на месте, откуда он знает о моих планах? О них я говорила только Дену. Неужели клон рассказал Диме о нашем разговоре?

– Линза, Ника, линза, – Дима указал себе на левый глаз, пряча улыбку. – Мне пришлось расшифровывать записи вашего передвижения в Эпсилионе, чтобы исправить баги в программном обеспечении американцев. Забавно, как одной-единственной фразой ты умудрилась нарушить работу сложнейшей компьютерной программы, рассчитанной на вычисление поведенческих реакций человека.

Почему в реальности нельзя сбежать через скрытый от посторонних глаз выход? Мне хотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не продолжать этот разговор.

– Знаешь, чем цифровая копия отличается от человека? – вдруг спросил Дима, и я отрицательно покачала головой. – Клон – это программа, и она обязательно будет искать решение, опираясь на полученные данные о мировоззрении и психологических реакциях своего прототипа, в то время как человек может оставить вопрос открытым и вернуться к его решению позже.

Видя моё замешательство, Дима притянул меня обратно, заключая в плен объятий, и продолжил:

– Оформление брака и разговор о детях, после которого Ден решил заразить сервер ЦРУ вирусом, несмотря на риск для других пользователей, – это просчитанные компьютером приоритеты моей личности. Я хочу быть с тобой, и я положительно отношусь к созданию семьи в будущем, основываясь на этих утверждениях, программа и сделала выводы. Но это лишь математическая модель. Принятые Деном решения для меня приемлемы, но в реальности на окончательный результат влияет множество факторов. Давай не будем торопиться с ответами, мы же с тобой не программы. Хотя, признаюсь, я начал задумываться над некоторыми вещами.

Над какими именно вещами начал задумываться Дима, он не уточнил, но слишком близкие объятия недвусмысленно намекали, в какую сторону двигались мысли Немова в данный момент.

– Плевать, если Ден сочтёт меня тормозом, но я хочу отмотать немного назад. Помнишь вопрос, который я задал тебе на борту самолёта?

– Ты предлагал провести вместе два дня, заказать пиццу и посмотреть кино, – вспомнила я наш разговор во время перелёта Аруба — Майами.

– Ага, – подтвердил Дима, выдыхая мне в губы. – Только это было месяц назад, я как бизнесмен просто обязан потребовать неустойку. Теперь временной промежуток расширяется до неопределённого множества, к пицце добавляется ещё масса всего вкусного, а фильмы в программе будут только, если останется время.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– А ещё ты собирался спать на кухне, – напомнила я парню, чьи руки уже успели проскользнуть под мою футболку.

– Я солгал, у меня нет ни кухни, ни второго дивана, – нахально заявил Дима, прожигая меня взглядом.

– Знаешь, кто ты после этого? – заливаясь краской, спросила я.

– Знаю, – подтвердил Дима, обрывая наш разговор горячим поцелуем.

Эпилог

Год спустя

Макс стянул с лица очки визуализации и устало откинулся на спинку кресла. За последние месяцы он невероятно вымотался, работая без выходных, зачастую сутками не отключаясь от Эпсилиона. Вот и сейчас на часах второй час ночи, а он так и не успел закончить запланированные дела, пришлось использовать программу «Копилайф» и оставлять цифрового клона разбирать последние файлы.

Получив у Беккера разрешение на использование засекреченных данных «КоСекюрити» и объединив их с вынесенной Игорем из базы ЦРУ программой по защите пользователей, Дима сумел стабилизировать вирус и сделать «Копилайф» пригодной к использованию. Макс не сомневался в способностях брата, однако активировал программу лишь в исключительных случаях. И сегодня был именно такой случай – последний день его работы в должности главы инфосефт «КоСекюрити», завтра Макс должен возглавить «CIM-безопасность».

Работать в фирме младшего брата, оставившего за собой почетное звание генерального директора и переключившегося на разработку новых приложений, Макс долго отказывался, но произошедшие события последних месяцев убедили Немова-старшего изменить мнение. Димка безусловно был талантливым программистом, лучшим в своём деле, но бороться с целым миром в одиночку нельзя. Слишком многим хакер перешёл дорогу, навязывая Эпсилиону свои правила игры. Конкуренты давили со всех сторон, используя любые, даже незаконные методы борьбы за виртуальный рынок. Спецслужбы не выпускали парня из-под наблюдения, выжидая удобный момент, чтобы воспользоваться возможностями Димы в своих целях. Ещё и инцидент с Китаем потрепал всем нервы. Пришлось объединить силы отдела кибербезопасности и сильнейших инфосефт страны, чтобы не довести ситуацию до реального военного конфликта.

Раньше Максу и в голову не могло прийти, что ему придётся работать в одной команде с агентами ГОКБ и Липатовым, ради спасения страны и филейной части своего неугомонного братца. От воспоминаний деталей операции в китайском секторе Макса передёрнуло – эта бойня унесла с собой мозг не одного прогера. Бездарная стратегия Кирилова едва не привела к гибели всей группы. Спасая друзей и свою ненаглядную, Дима был вынужден вернуться в Сеть. Гений Дена и недосягаемая скорость Ники в очередной раз позволили этим двоим вырваться из смертельной ловушки, открыть для компании «CIM-безопасность» китайский рынок и нажить очередных влиятельных врагов. Вот только непобедимыми ребята были лишь в Эпсилионе, в реальности же им обоим требовалась защита, и Макс не смог остаться в стороне.

Бросив взгляд на экран монитора, Макс не сдержал горделивой улыбки. Некогда маленькая частная фирма выпускающая антивирусы располагалась в самом центре Эпсилиона, втиснувшись между небоскрёбами «Системволд» и «КоСекюрити», длинным шпилем пронзая искусственное небо виртуального города. По мощности и прибыли компания Немова пока что уступала корпорациям, но визуальный эффект оставлял неизгладимое впечатление. Небоскреб «CIM-безопасность» выполненный в виде щита, украшала прекрасная статуя богини Ники. Её расправленные крылья точно обнимали некогда пустынную площадь между враждующими компаниями провайдерами, а огромный меч в руках богини, уходил ввысь чистым потоком кодовой строки. Получился потрясающий своей мощью символ защиты и победы над вирусной угрозой по всему Эпсилиону. Да, архитекторы у Димки, как и остальные работники компании, являлись лучшими специалистами в своей области, ведь работа с легендарным хакером стала мечтой любого программиста. Теперь и Максу придётся влиться в эту сильную и креативную команду.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})