Эдуард Веркин - Планета чудовищ. Страница 33

– Где Колючка?

– Все, – ответил Барков.

Все.

– Что делать-то будем? Делать что?

Барков рылся в своем комбинезоне.

– Чего делать-то будем?! – уже крикнул я.

– Все будет в порядке, – как-то пусто сказал Барков. – Все будет в порядке, скоро придет корабль…

– Какой корабль? – не понял я.

– Ваш, ваш корабль придет. В том черном ящике был маяк. Во всех контейнерах есть маяки, я специально узнавал… Ящик разбился, маяк сработал. Корабль должен был уже прийти, да нет пока чего-то… Но он придет, через пару часов…

Все. Готов Барков. Бредит.

– Вот! – Барков достал из комбинезона красную коробочку.

Средство для невидимости.

Барков сдвинул крышечку, вытряхнул на ладонь две пилюли. Красные. Схватил меня за руку, вложил капсулу.

– Главное – раздавить ее зубами. Это разворот. Ты можешь делать все, что хочешь, а тебя не видно, не слышно, не ощутимо. Абсолютная защита. Надо раздавить зубами. Давай! Некогда болтать! Быстро!

Я послушно сунул капсулу в рот, она хрустнула под зубами, вкус оказался мятный. Ничего не произошло.

– На вас действует лучше, дольше. – Барков улыбнулся. – Наверное, час. Теперь Лина…

Груша была без сознания. Барков взял ее голову, надавил на щеки. Рот открылся. Барков сунул в зубы Груше пилюлю, сжал.

– Ну вот, все в порядке, – выдохнул Барков.

Я поглядел на свою руку. Руки не было.

– Тащи ее вниз! – велел Барков. – На ту сторону! Ждите там! Понял?

– Понял. А ты?

Но Барков только отмахнулся. Он подбежал к укреплению, построенному его братом, просунул бластер между камнями и стал стрелять.

Две. У него оставалось всего две пилюли! Он отдал обе нам! А сам остался…

Я стоял дурак дураком. Со стороны склона послышался скрежещущий звук. Скала дрогнула.

– Я сказал: уходите! – закричал Барков. – Уходите! Вниз!

Я рванул к Груше.

Успел. Едва подхватил ее под руки, Груша стремительно растаяла. Но вес ее не растаял, невидимая Груша была так же тяжела, как Груша видимая. Я волок ее вниз. Зачем-то. Потому что так велел Барков, вот зачем. Хорошо, что вниз, вверх бы я не втащил ее, нет.

Верхушка скалы освещалась вспышками. Барков стрелял. Стрелял…

Я сволок Грушу почти до середины скалы, запнулся, покатился, выпустил Грушу и тут же ее потерял.

– Груша! – стал звать я. – Груша! Отзовись! Ты где, Груша?!

И тут…

И тут я вспомнил.

Это был даже не ужас. Нет, не ужас. Моего сердца на секунду коснулась ночь.

Ночь… Я споткнулся. Еще раз. И завопил:

– Часы!!! Груша! Стрелка! Назад! Назад! Назад!

Назад.

Часы. Мы забыли их среди камней!

Где-то высоко в небе щелкнуло, и длинный звук «боммм» потряс горы.

Горы, сопки, каменные реки – все, все.

Я сел. Я слышал, как там, наверху, били часы. А потом закуковала кукушка. Весело и беззаботно: ку-ку, ку-ку, ку-ку.

Зло надо накормить, тогда оно спокойное. Кажется, так. Кажется, так он тогда сказал…

И тут же наверху вспыхнуло. Нестерпимо ярко. Наверное, я бы ослеп, если бы не пилюля. Каким-то образом она сгладила вспышку, просто на секунду все вокруг посинело, а потом снова приняло нормальный вид.

Яркая вспышка. «Последний вдох».

Стало светло. Будто вспышка наполнила окружающее пространство мягким белым сиянием. Даже небо, и то посветлело.

«Последний вдох». Автономный энергетический заряд. Барков взорвал бластер.

Некоторое время я просто лежал, затем позвал Баркова. Никто не ответил.

Где-то внизу заплакала Груша. Значит, жива.

Я позвал еще. Барков так и не ответил.

Тогда я увидел кровь. Она текла сверху тоненьким веселым ручейком. Там, наверху, ее было слишком много. Странного красного цвета кровь капала с камня на камень.

Зло – это когда ничего уже нельзя исправить.

Эпилог

Постараюсь быть кратким.

Я очнулся на десантном трассере карантинной службы «Н. Гоголь» через два дня после описанных событий. Корабль висел на орбите Земли, на Земле была хорошая погода.

Нас спасли. Меня и Грушу.

Баркова не нашли. Они вообще ничего не нашли. Ни Баркова, ни «Ворона», ни другого корабля, ни страшного дома. Планета была пуста и безжизненна. Только камни. Ничего.

Я сказал, что не один все это видел, что то же самое видела Груша. Но оказалось, что Груша не в состоянии подтвердить мой рассказ – у нее открылась амнезия, память оказалась стерта почти на полгода.

Я вспомнил про часы без механизма, которые были в черном ящике, рассказал про грузовик, на котором мы прилетели…

Да, подтвердили инспекторы карантинной службы, на Европе была обнаружена пропажа людей. К тому же выяснилось, что в системе навигации автоматического лихтера LC 274, направлявшегося на Зарю с грузом сверхточных приборов, произошла критическая ошибка. Полтора дня аналитики вычисляли траекторию LC 274, после чего по ней был выслан трассер карантинной службы. Так нас нашли.

Но ведь Баркова должны были видеть, сказал я. Его должны были видеть в школе, его должны были видеть на Европе, он не мог исчезнуть!

Мои слова карантинную службу в тупик не поставили. Мне была предоставлена голограмма Баркова Петра Павловича, проживающего в настоящее время на Марсе. Барков с голограммы совсем не походил на того Баркова, которого знал я.

С кем тогда я болтался по космосу?

Карантинная служба ответа мне не дала.

Упоминать, что мой рассказ про планету Лавкрафт вызвал лишь сдержанные улыбки, излишне. Мне дали понять, что все мое приключение – не более чем небольшое психическое расстройство, которое серьезной опасности для здоровья не представляет и вполне излечимо травяными настоями. Расстройство, вызванное магнитными полями непривычных для человеческого мозга модуляций.

И все время, пока меня поили травяными настоями, проверяли на наличие ксенопаразитов и сканировали мой мозг интроскопами, я чувствовал себя редким идиотом. Ну и само собой, про планету Призрак я больше никому не рассказывал.

Даже родителям.

Потом меня отпустили на Землю, и я стал жить. Конечно, я предпринял собственное расследование. Конечно, оно ничего не дало. Единственное, что мне удалось выяснить, – корабль «Ворон» никогда не входил в состав космофлота. Про планету Лавкрафт не было известно вообще ничего, будто ее и не существовало.

Барков…

Барков врал нам с самого начала. Он хотел попасть на Призрак. Думаю, по двум причинам. Первая – брат. Возможно, он надеялся, что брат еще жив, возможно, он надеялся его спасти. Вторая причина – «Ворон». Тут предположений у меня много.

Передатчик на «Вороне». Возможно, Барков хотел уничтожить передатчик на «Вороне» по собственной инициативе, в отместку за брата. Чтобы предотвратить другие катастрофы.

А порой я думаю, что Барков был не так прост, как хотел казаться. Рюкзак дяди Джига, наполненный забавными и крайне полезными штукенциями, бластер – все это не так-то просто найти. И как добраться до планеты Лавкрафт – на первом углу не рассказывают. Для того, чтобы узнать координаты… Я даже не знаю, что нужно для того, чтобы их узнать. А Барков знал много. Так что не исключено, что за спиной Баркова кто-то стоял. Кто-то весьма и весьма могущественный.

Кто? Вот вопрос, ответа на который у меня нет.

У меня вообще мало ответов. Я думаю, ответы есть у карантинной службы, но она молчит. И, видимо, будет молчать и впредь.

Я думал об этом. Думал-думал, а потом продолжил жить.

Я продолжил жить. Даже с Грушей встретился. Она меня не узнала.

Наверное, со временем я забыл бы про свое приключение. Нет, не совсем забыл, но стал бы думать, что у меня на самом деле случилось психическое расстройство, стал бы искать в своем подсознании причины и скрытые коды…

Так и было бы. Если бы в наш город не приехал Иксус Клей. Иксус Клей был известным криптофилологом, криптозоологом и много кем еще с приставкой «крипто-». К нам он заглянул с презентацией своей новой книги «Тайны», в которой рассказывалось про разные загадочные события, явления, анализировались архетипы космического фольклора, ну и так далее. Не знаю, что повело меня в тот день, но после учебы я решил заглянуть к Клею.

Иксус прочитал лекцию, ответил на вопросы, сказал, что поговорит со всеми, кого интересует Треугольник Эрдлера, ползучий свет, тайм-джамперы и еще какие-то феномены.

Я был терпелив. Я дождался, пока Клей разъяснит все тонкости своих криптодисциплин, вытрет пот с монументальной лысины и направится к выходу. Тут я его и перехватил.

Он выслушал мой рассказ один раз. Затем другой. Пришел в восхищение и уже не просто выслушал, но и записал. Пообещал, что обязательно попытается что-то разузнать. Про Лавкрафт. И непременно со мной свяжется.

После чего криптокриптолог подарил мне книгу с пространной дарственной надписью.

Через два дня я прочитал «Тайны». Девятая глава называлась «Двойник». В ней Иксус Клей скептически разбирал легенду о якобы существующем где-то двойнике нашей планеты.