Сергей Палий - Монохром. Страница 63

Интересно, это ты так неказисто глумишься, а, Зона? Или просто совпало?

Я достал ПДА. Выключил наконец фонарик, который уже еле светил, и открыл почту, чтобы прочесть последние сообщения. Помнится, что-то успело свалиться на ящик перед тем, как мы залезли в эту нору, и сигнал пропал. М-да. Сообщение, оказывается, было одно — от Латы.

В глубине души я прекрасно понимал, что она не тот человек, который может по призрачному зову вознестись за мной в рай или спуститься в ад. И видение, посетившее меня под мороком «миража», ничего не. меняет. У нас нет и никогда не было дочери… И пусть, черт возьми.

Да плевать я хотел на видения! Плевать! С высокой колокольни!

Палец сам нажал на сенсор, и на ПДА высветился месседж. С жидких кристаллов экрана на сетчатку упало единственное слово. Оно врезалось в нервные окончания, опалило сознание, взорвалось адреналиновым фейерверком в артериях. Монохромная картинка. Черное, белое и серая бесконечность. «Возвращайся». Слово кружилось перед глазами, не давало взгляду зацепиться за него, будто играя и кокетничая с ним. Слово росло, раздвигало темные стены тоннеля и заполняло тесную каморку души, разрывая ее в лоскуты. Слово, как гигантская губка, вбирало в себя события и переживания долгих лет, проведенных без него в скитании.

Путь, пройденный с тех пор, как я попал в Зону, был тернист и часто скользил по тонкой грани мимо жизни и смерти — где-то посередине. Но каждый шаг приближал меня к слову в мерцающем окошке. Для того чтобы оказаться теперь здесь и увидеть его, пришлось научиться ходить по хрупкому рубежу реальности, переступать через поверженных врагов и забывать предавших друзей, делать выбор между злом и подлостью. Пришлось замещать милосердие жестокостью. Пришлось, в конце концов, стать частью этого монохромного с виду мира.

Что ж. Пусть так и будет. Я готов вечно видеть бесцветные сны ради одной-единственной возможности обрести крылья и взлететь. Знаю, что потом придется упасть, знаю. Пусть. Я упаду.

Но сначала вернусь к Дате и подарю ей живые цветы. Ведь это не так уж трудно, если подумать. Сущий пустяк.

Москва Июль 2009 — февраль 2010