Уолтер Уильямс - Распад. Страница 71

— Сколько здесь населения? — спросила полушепотом Ида Ли. Лицо ее было искажено ужасом.

Четыре и шесть десятых миллиарда. Мартинес знал это точно. Планируя рейд, он изучил данные обо всех системах. Плюс десятки миллионов, жившие ещё несколько минут назад на кольце.

— Экипажу оставить боевые посты, — прозвучал голос леди Чен.

Мартинес поднял глаза. За последний час она, казалось, постарела на десять лет.

Он отодвинул дисплеи, отстегнул ремни и поднялся с кресла, с отвращением ощущая запах едкого пота, смешанного с адреналином. Себя он чувствовал ещё старше, чем выглядела Миши.

В мозгу раскаленной иглой засел вопрос: «Сколько ещё раз нам придется пройти через это?»


Сула вернулась в Риверсайд на поезде, забрав со старой квартиры тюк с одеждой и приняв кое-какие меры предосторожности. Она нашла Шону спящей, с инъектором, зажатым в руке. Настенный телевизор продолжал работать, только теперь он показывал новости… и диктором был наксид.

Леди Кушдай, новый губернатор, заняла резиденцию в Верхнем городе, и Заншаа теперь ожидала новая эра мира и процветания под сенью Комитета спасения Праксиса. Кучка анархистов и диверсантов предприняла утром попытку атаковать правительственные силы, но была быстро обезврежена. Все члены подрывной группы уничтожены или арестованы, однако результатом их безумной акции явились многочисленные жертвы среди мирного населения.

Следующая новость заставила Сулу ахнуть. Правительство распорядилось взять пятьсот пять заложников, по сто одному от каждой расы, осененной светом Праксиса, каковые заложники будут казнены, если проявления анархии и терроризма продолжатся.

Пятьсот пять. От каждой расы, хотя в акции участвовали одни лишь терранцы.

«Мир и процветание… Заложники». Они хоть сами понимают, что творят?

Сула вышла за продуктами. Люди на улице узнали новость ещё раньше, и в глазах их сверкали ярость и ужас. Всем было понятно, что заложников станут хватать прямо на улице, без разбора. Судя по всему, наксиды не слишком старались заслужить всеобщую любовь.

Следующие три дня Макнамара аккуратно появлялся каждое утро, сообщая, что никаких новых сигналов не поступало. Сула в основном занималась хозяйством и уходом за раненой, а ночью проводила много времени за компьютером, пристально изучая деятельность Управления госрегистрации и запасаясь впрок новыми документами для тех, кто мог выжить и спастись после теракта. Фотографий она не имела и копировала их из других досье, хранившихся в сети, подбирая похожие.

Во главе управления стоял уже новый администратор, только что с Наксаса. Каждого сотрудника принудили дать клятву верности Комитету спасения Праксиса. Отели и склады продолжали один за другим переходить в руки новых хозяев, включая, как и предполагала Сула, отель Великого Предназначения.

На четвертый день Макнамара принес сообщение.

— Ты не сам его забирал? — с подозрением спросила Сула, бросая взгляд за окно.

— Нет, я сделал все, как ты сказала, — заверил бывший пастух. — Бродяга принес мне его на другой конец переулка, и слежки за ним не было, я проверял. Потом ещё на велосипеде повилял, на всякий случай.

Сула снова выглянула в окно и взглянула на листок.

«Вести от Артемиуса», — было напечатано на нем.

Это означало встречу с Хонгом на старой квартире в Грандвью на следующее утро, в 11:01.

Сула задумалась. Прежде Хонг никогда не назначал встреч у нее на квартире, предпочитая публичные места. Она поднесла тонкий пластиковый листок к носу. Ни листок, ни само сообщение Хонгом не пахли.

Получив необходимые инструкции, Макнамара отбыл, а Сула взяла такси и отправилась в Грандвью. Проезжая мимо дома, она мельком бросила взгляд в окно. Белый листок ярко выделялся на фоне горшка с фикусом, подтверждая ее подозрения.

На следующий день они встретились с Макнамарой на углу в трех кварталах от конспиративной квартиры и, не торопясь, пошли по направлению к ней по разным сторонам пустынной улицы. Белый листок по-прежнему торчал в окне, но никаких следов полиции издалека не наблюдалось, разве что… Впрочем, два больших фургона, припаркованных неподалеку, выглядели вполне невинно.

Сула вдруг засомневалась. Что, если она неправильно оценила ситуацию? Сердце в груди колотилось, в висках стучало… Отдаленный звуковой удар заставил стекла в доме задрожать. Внезапно решившись, она словно машинально провела рукой по черным стриженым волосам. На другой стороне улицы Макнамара сунул руку в карман и нажал кнопку.

Из окон конспиративной квартиры вылетел столб пламени, сопровождаемый оглушительным грохотом и криками. Взрывчатка, заложенная Макнамарой в тайниках, сработала, взметнув смертельный вихрь стальных гаек и гвоздей.

Стенки мирно стоявших фургонов откинулись, и из темного нутра полился поток извивающихся членистоногих, облаченных в черно-желтые мундиры. Полицейские бежали со всех сторон, окружая дом.

Сула повернулась и пошла прочь, едва передвигая ватные ноги.

Итак, Хонг схвачен. Подпольные каналы провалены.

Команде четыреста девяносто один предстояло действовать в оккупированном городе без поддержки, без связи, с ограниченными ресурсами. И без начальства.

Кэролайн, леди Сула, едва ли справилась бы с подобной задачей. Требовалась совсем другая личность, с другим набором навыков…

Теперь это моя война, подумала Гредель.